Фанфик. В лабиринтах любви.

Фанфик не мой. Свой я пишу отдельно. А на этот я наткнулась в интернете и он мне очень понравился. Его автор написала целый роман. Такой здесь я не видела.

5 комментар.
  • --Сид Саид?..Да, Сид Саид…. Хадижа у себя в комнате…Нет, Сид Саид… Лара Рания с Ларой Зулейкой отправились за покупками в Торговый Центр… Да, Сид Саид…Шофер уже отправился за ними…Я передам ,Сид Саид…

    Положив телефонную трубку на место, Мириам, служанка в доме сида Саида Рашида, ещё раз окинула взглядом большой зал, в котором только что закончила делать уборку, и, поправив цветы в вазе на низком столике, отправилась в сторону лестницы. Она собралась обрадовать Хадижу новостью, что её отец будет дома через несколько часов. Но, услышав, как открылась входная дверь, Мириам быстро повернулась и поспешила навстречу хозяйкам.

    Первой в зал вошла, конечно же, Рания, даже в мелочах стараясь подчеркнуть статус первой жены Саида. За ней следовал шофер, который нес пакеты с многочисленными покупками, а затем медленно переступила порог Зулейка, придерживая рукой большой живот.

    «Напрасно лара Зулейка вышла из дома в таком состоянии. Это не понравится хозяину….»,--подумала Мириам, глядя на измученное лицо второй жены, но промолчала. Повинуясь жесту лары Рании, она молча забрала у Ахмета пакеты, чтобы отнести их наверх, и покорным голосом сказала, обращаясь к первой жене:

    -- Лара Рания, звонил Сид Саид и просил передать, что он и Фатима вылетают из Сан-Паулу дневным рейсом и к ужину должны быть в Рио. Какие будут распоряжения насчет ужина?

    Рания, стоявшая посреди комнаты уже без платка, быстро и внимательно осматривала, казалось, каждую вещь вокруг себя. Всё на своих местах – и газеты, которые читает её муж, лежат справа на низком столике, и Коран с чётками Саида—на его столе, где он обычно по вечерам просматривает документы, компьютер… Вазы с цветами, небольшая шкатулка с благовониями для бахура…

    Всё находится на своих местах, именно там, где Рания желала видеть эти вещи. Даже статуэтки в стенных нишах и светильники не сдвинуты с места ни на самую малость. И многочисленные подушки на диване положены так, как приказала класть Рания.

    За 5 лет, прошедших после окончательного расставания Саида с бывшей женой— ненавистной Жади и после его поспешной женитьбы на Зулейке ничто не менялось в доме Саида Рашида.

    Даже те вещи, которые приобретались в течение этих лет: оригинальные марокканские кованые лампы; ковры, вытканные по дизайнерским эскизам с берберским орнаментом; вазы и статуэтки находили свои места при участии Рании, и больше никогда никуда не переставлялись и не перекладывались.

    Она удовлетворённо улыбнулась сама себе – всё правильно, авторитет первой жены должен поддерживаться неукоснительно даже в мелочах!— и наконец обратила внимание на слова служанки.

    -- Ступай, Мириам, я подумаю об этом.

    Когда Мириам вышла из комнаты, Рания, прежде чем подняться по лестнице на второй этаж, бросила на Зулейку взгляд, полный злобы. Беременная женщина так устала от поездки и настолько нехорошо себя чувствовала, что не стала подниматься сразу в свою комнату, а присела на диван, откинувшись спиной на многочисленные подушки.

    Рании, оказавшейся у неё за спиной, едва удалось пересилить желание сказать сопернице неприятные слова о предстоящем вечере. Но она промолчала, опасаясь, что Зулейка может обвинить её перед Саидом, назвав причиной дурного самочувствия её высказывания. «Кобра! Да сократит Аллах твои дни!»,---ругалась мысленно Рания, поднимаясь по лестнице.

    «Почему я должна делить своего мужа с другими женами? Разве я была плохой женой Саиду, когда от него ушла Жади, так опозорив его? Для чего ему нужно было жениться на Зулейке? А потом -- на Фатиме?». Вспомнив о Фатиме, Ранию захлестнула зависть при мысли о том, что не её, первую жену, взял с собой в Сан-Паулу Саид, а Фатиму, пожелавшую встретиться со своими родственниками.

    Ведь Фатима прожила год после свадьбы в доме мужа, никуда не выезжая. Но Саид мог бы взять с собой в поездку обеих жен. Вот Зулейка не могла бы поехать из-за большого срока беременности. И из-за этого Саид приказал Рании остаться и следить за порядком в доме. Разве Зулейка в её состоянии могла бы справиться?

    Рания в

  • И вот новая беременность, а если снова родится мальчик, то Рания окажется в незавидном положении—так ей казалось. После рождения Мунира она так и не смогла ещё раз стать матерью.

    А год назад появилась молодая здоровая Фатима, которая может родить ему много детей. Эта жена уже потеснила и Ранию, и что понятно —беременную Зулейку в спальне Саида. Вопреки обычаям, Саид не желал делить поровну свои ночи между тремя женами.

    И спорить с ним было бесполезно. Он и раньше поступал так, как считал нужным, а после некоторых событий, случившихся 2 года назад, Рания опасалась перечить мужу, взвешивая каждое слово.

    (Тогда по её вине Зулейка потеряла ещё не родившегося ребенка, и Саид едва не лишил Ранию статуса своей жены.*** Эту историю может придумать тот, кто решит написать «Клон-2»)

    И теперь Рания старалась не давать поводов для недовольства. Но в отсутствие мужа она делала так, чтобы Зулейке, а теперь и Фатиме жилось не сладко. Вот и сейчас она спустится на кухню и отдаст распоряжение приготовить те блюда, которые 2 младшие жены терпеть не могут. Рания знала, как нравится Саиду марокканская кухня, поэтому не боялась вызвать его неодобрения.

    Перекладывая в комод содержимое нескольких пакетов, даже не освобождая новые вещи от магазинных упаковок, Рания думала о том, что вот так ей придется и дальше сопровождать то Зулейку, то Фатиму за покупками.

    Сегодня ей совершенно не хотелось отправляться ни к врачу, на прием к которому была записана Зулейка, ни в Торговый Центр. Но она поехала вместе с ней не только потому, что Саид приказал быть везде вместе, но и для того, чтобы Зулейка не купила себе что-то, чего не будет у неё—Рании.

    Закончив дела у себя в комнате, Рания отправилась на кухню.

    Мириам внимательно выслушала приказания хозяйки: рыбный тажин с креветками, тунцом и овощами.

    Хуммус из тертого желтого гороха с кунжутным соусом--тхинией, оливковым маслом, чесноком и специями…

    Пирог из куриного мяса, яиц, отваренных вкрутую и миндаля, проложенных между слоями традиционного очень тонкого марокканского теста. Так называемая бестелла. Рания велела щедро посыпать пирог сверху сахарной пудрой и корицей.

    Да! И конечно приготовить зажаренное в духовке мясо ягнёнка—мешуия. Это блюдо всегда нравится Саиду. А кус-кус, пожалуй, пусть приготовят завтра—ведь это традиционное для пятницы блюдо в марокканских семьях. Пятница-- завтра. А сама Рания испечет для Саида его любимое миндальное печенье, которое у неё получается лучше всего…

    Довольная, Рания повернулась и направилась к выходу. Зулейка не выносит запаха рыбы, а Фатима не терпит сочетания сладко-солёного вкуса пирога… Улыбаясь своим мыслям, она вышла, не заметив, как служанки быстро переглянулись.

    Пока Рания занималась своими делами, Зулейка всё ещё сидела внизу, отдыхая после утомительной поездки. Сначала она бездумно рассматривала напольную вазу из керамики, стоявшую недалеко от столика. Скользила взглядом по знакомому синему узору на белом глазурованном фоне, с красивым геометрическим орнаментом.

    Глаз радовали свежие розы любимого Зулейкой бледно-желтого оттенка. «Надеюсь, Рания приказала срезать в нашем саду не все цветы»,--с досадой думала Зулейка. Она не удивилась бы, если бы всё оказалось именно так. У неё было несколько любимых кустов роз, возле которых часто гуляла в саду. Видимо, Рания это заметила, поэтому розы и были срезаны. Зулейка тяжело вздохнула.

    Её безрадостное настроение и апатия объяснялись не только тяжело переносимой беременностью, но и общей неприятной обстановкой в доме. Когда Зулейка неожиданно для многих стала женой Саида, в первые годы она не упускала возможности ответить на любую претензию со стороны Рании. Ей нравилось соперничать с ней. Чувствовать себя более желанной для Саида, чем другая жена.

    Но вот прошло 5 лет. У них с мужем родился сын Амир. Потом была странная (страшная!!!) история с потерей горячо ожидаемого малыша…Зулейка была уверена, что всё случившееся в тот год —не случайность. Несчастье было подстроено, и Рания добилась жела

  • и Рания добилась желаемого. Тот ребёнок не родился, а забеременеть Зулейка смогла только в этом году. Она помнила, как взбешен был тогда Саид.

    Но ничего не изменилось в жизни их семьи. Зулейка не смогла доказать вину насмерть перепуганной Рании. Но козней с её стороны она больше не опасалась, надеясь, что второй раз на подобное Рания не решится.

    Отношение Зулейки к Саиду тоже изменилось. Когда Саид решил жениться на Фатиме —а это случилось после его поездки в Сан-Паулу больше года назад—что-то в душе Зулейки сломалось. Она почувствовала не только ревность, но и разочарование в муже. Зулейка не стала сопротивляться и подписала разрешение на брак.

    Рания была против появления новой жены. Но прекрасно зная, что Саид не меняет принятых решений и всегда добивается желаемого, тоже дала согласие на третий брак Саида, чтобы шейх в Бразилии мог заключить брак между Саидом и Фатимой.

    Рании хотелось, чтобы Зулейка, наконец, испытала те же чувства, что и она сама, когда Саид женился на Зулейке. Каждая женщина в душе ревнива. Пусть делает вид, что всё в порядке, сохраняет лицо перед окружающими и Саидом из страха перед ним или ещё по какой причине.

    А по ночам пусть плачет, зная, что муж хочет взять еще одну жену. А когда новая жена появится в доме, пусть переживает, что любимый муж через ночь уходит к другой женщине… И как при этом быть счастливой?

    Зулейка прочитала на лице Рании эти мысли. «Если Саид готов к такому обороту событий, это значит, он уже не любит и не нуждается во мне. Какой смысл вообще потом играть в любовь? Я так чувствую. Я могу смириться с его другой семьей, жить, делая вид, что все в порядке, но я никогда больше не буду честна с мужем, и моё сердце навсегда закроется для него…»,-- так решила тогда Зулейка.

    Она помнила, конечно, о том, что сама пришла в семью Саида как вторая жена. И считала тогда, что лучше быть второй женой, более любимой, чем первой, как Рания, а потом появится вторая жена. А потом она тоже оказалась в роли предыдущей жены…

    С Фатимой она не подружилась, но и не ссорилась, они обе держались на расстоянии. Чего не скажешь о Рании. Но это уже не её проблема.

    Зулейке хотелось, чтобы Саид сдержал данное однажды слово. Он сказал, что будет жить в своем доме с Фатимой и Хадижей, а Рании и Зулейке купит дома, чтобы все жены жили отдельно. Зулейку устроил бы такой поворот в семейной жизни. Хорошо быть хозяйкой в собственном доме. Она жила бы вместе со своими детьми и постаралась бы совсем не встречаться ни с Ранией, ни с Фатимой. Только с Хадижей у Зулейки сложились дружеские отношения.

    «А где же Хадижа? Я ещё не видела её сегодня», --спрашивала себя Зулейка, с трудом вставая с дивана. Заставив себя подняться по лестнице, она хотела заглянуть в комнату Хадижи, но передумала. Решив сделать это несколько позже. Сначала ей хотелось прилечь у себя в комнате и поспать до возвращения Саида. Зная натуру Рании, можно было предположить, что вечер встречи не пройдет спокойно.

    (фото Хадижи)

    А Хадижа сидела на постели у себя в комнате. Обхватив себя руками за плечи, она тихо плакала от обиды. Только что от неё вышла Рания. Они снова поссорились.

    Утром ненавистная жена отца запретила Хадиже съездить к матери. Шофер мог бы отвезти девушку к дому, где последние 5 лет жила Жади. Один шофер повез в парк на прогулку на машине Саида сыновей Рании и Зулейки вместе с их нянями. А другая машина понадобилась Рании и Зулейке для поездки к врачу.

    Хадижа знала, что потом обе женщины обязательно заглянут в Торговый Центр, а это значит, что Хадижа могла бы встретиться с матерью там, в одном из торговых рядов. Но Рания не захотела брать с собой Хадижу, и Хадижа вынуждена была просидеть в одиночестве полдня.

    А теперь Рания пригрозила, чтобы дочь Саида не смела жаловаться отцу. «Ты и так часто видишься с Жади! Можешь ездить к ней каждый день, получив разрешение Саида. Я не желаю, чтобы твой отец был недоволен мной! Неизвестно, что могло бы прийти в голову твоей матери! А отвечать за тебя буду я!»--возмущенно выговори

  • возмущенно выговорила ей Рания, уходя из комнаты и стоя уже в дверях.

    Когда Хадижа осталась одна, горькие слезы неожиданно потекли по щекам. Она не любила плакать, и не давала воли слезам даже тогда, когда Рании удавалось больно задеть словом или каким-то поступком. Но в последние месяцы жить в доме отца стало невыносимо. Саид, занятый бизнесом, поздно возвращаясь по вечерам к семье, видимо, не замечал происходящих в доме перемен.

    А обстановка становилась всё более тягостной и накалённой. Рания в отсутствие мужа ссорилась со всеми – и с Зулейкой, и с Фатимой, и с Хадижей. Доставалось и служанкам, и обеим няням, которые занимались восьмилетним Муниром и трехлетним Амиром – братьями Хадижи.

    Фатима почти не выходила из своей комнаты, чем раздражала Ранию, которой не нравилось такое независимое уединение, похожее на неуважение. Но когда Фатима выходила в сад или, взяв новый журнал, оказывалась на диване в зале на первом этаже, то… Женщины ссорились так, что каждое слово долетало до комнаты Хадижи.

    И Хадиже, конечно, тоже доставалось от Рании. А после того, как Хадиже исполнилось 18 лет, Рания стала часто повторять, что «в этом возрасте она, Рания, была выдана замуж и стала женой Саида…Но кто же возьмет замуж Хадижу? Ведь у неё такая репутация из-за поведения женщин её семьи…».

    Кобра в обличии первой жены отца изводила Хадижу такими разговорами постоянно. Рания не могла избавиться от двух жен Саида, но так хотелось освободиться хотя бы от его взрослой дочери!

    Хадижа не жаловалась отцу, но однажды он сам заговорил о замужестве Хадижи как о вполне возможном деле. И Хадижа впервые за прожитые без матери годы почувствовала себя лишней в доме. Она высказала желание переехать к матери в дом Лукаса…

    Но Саид был категорически против этого. Хадижа стала совершеннолетней по законам Марокко и по бразильским, но продолжала зависеть от воли отца. И она не посмела бы пойти против его решений. Хадижа вспомнила, как Жади пришла в ужас, узнав, что Саид начал задумываться о замужестве дочери.

    Образование – вот что главное для женщины. Мать считала, что смогла внушить дочери такую важную мысль. И Хадижа действительно начала мечтать о курсах ювелирного дизайна.

    Подружившись с Зулейкой, она увлеклась мечтами об этой профессии. (Отец Зулейки —известный в Фесе ювелир. Ему принадлежит любимый многими жительницами Феса магазин золотых украшений.

    А Зулейка, будучи единственной дочерью в семье, смогла получить образование ювелира-дизайнера в Париже. Ювелирное дело -- прерогатива мужчин. Секреты профессии передаются от отца к сыну. Но сыновей у отца Зулейки не было. И продолжить семейный бизнес решилась дочь…).

    Хадижа и Жади были покорены увиденными в фотоальбоме работами молодой женщины. (Хадижа как-то с разрешения Зулейки привезла Жади этот альбом.) Подвески и серьги, пояса и ажурные диадемы из золота или позолоченного серебра с драгоценными камнями и филигранным орнаментом, исполненные в испано-мавританском духе, завораживали. Столько в них чувствовалось неподдельного очарования и неповторимого своеобразия.

    Жади тоже была к этому времени своего рода дизайнером. Сначала в качестве хобби, чтобы как-то занять свободное время, Жади составляла из разного недорого материала простые украшения для кукол Хадижи. Поделки оседали в специальной шкатулке, а когда Жади разрешалось увидеться с дочерью, переходили в сумочку Хадижи в качестве игрушечных аксессуаров для Барби.

    Но потом увлеклись обе —Хадижа придумывала всё новые украшения, объясняя Жади при встрече, что и как сделать для очередного набора кукольных украшений. Вместе с Зулейкой они разрабатывали всё более интересные «модели». А для Жади это пустое, казалось бы, провождение времени переросло в желание настоящего творчества.

    И теперь она изучала по всевозможным книгам искусство создания ювелирных украшений. Лукас был рад, что у Жади появился интерес к такому необычному занятию, а Хадиже захотелось получить настоящее образование.

    Это не понравилось Саиду. Каким бы современным предпринимателем он ни б

  • Это не понравилось Саиду. Каким бы современным предпринимателем он ни был, но в отношении собственной дочери в нем сказывались гены дяди Абдула. Хадижа помнила рассказ матери о своем желании учиться, чтобы стать детским врачом. Но дядя Абдул помешал Саиду дать Жади возможность учиться, убедив, что когда объединяются женщина и диплом, дом в опасности. И Жади осталась без образования.

    Хадижа подозревала, что мать права: отец только сделал вид, согласившись «подумать» о том, чтобы в следующем году Хадижа смогла посещать курсы по созданию ювелирных украшений или изучала бы историю драгоценных камней.

    Он спросил однажды у дочери: для чего Хадиже нужна такая профессия? Где и кем она собирается работать? Зулейка получила диплом, но вышла замуж, имеет семью и сидит дома, потому что Саид не желает, чтобы его жены работали. Так будет и в той семье, которая примет Хадижу в качестве невестки, когда Хадижа выйдет замуж. Тем более, что профессия ювелира—мужская.

    Хадижа поднялась с постели, собираясь найти папку, в которую она складывала ею придуманные эскизы украшений. Она всё равно в ближайшее время встретиться с Жади, отец должен отпустить, она уже взрослый человек и…

    Хадижу отвлек шум подъехавшей к дому машины. Она быстро подошла к окну и прижалась лицом к стеклу: да, приехал из аэропорта отец. Саид с Фатимой успели выйти из машины и шли по дорожке к дому. Хадижа поспешила выйти из комнаты, чтобы встретить отца первой.

    Но Рания была уже внизу. Когда открылась дверь, впуская в дом хозяина и Фатиму, Рания устремилась навстречу мужу. «О, Аллах! Наконец-то ,Саид, ты дома! Ты вернул свет в наш дом!»,-- льстиво произнося эти слова, Рания ласково прижималась к груди Саида. Саид в ответ сдержанно обнял Ранию и поинтересовался:

    -- Рания, как дела дома? Как дети? Ничего не случилось?...

    --Всё в порядке, дорогой! Хабиби!!! Я так скучала без тебя!

    -- А где дети? Зулейка?---Саид привык, что все домочадцы встречали его из поездок все вместе. О Хадиже он не успел спросить, заметив дочь недалеко от лестницы.

    --Не беспокойся, любимый, дети скоро вернутся с прогулки, шофер позвонил, что они недавно выехали из парка. А Зулейка спит в своей комнате после посещения врача.

    -- Что сказал врач? Как чувствует Зулейка? —Саид был обеспокоен отсутствием второй жены. Если она не спустилась вниз, зная о его возвращении, значит, с ней что-то не в порядке.

    -- Не волнуйся, хабиби, если бы что-то было не так, Зулейка сказала бы мне. Я не знаю, что сказал врач, потому что в его кабинет она заходила одна…

    Саид недовольным жестом остановил Ранию:

    --Вы должны были зайти вместе и поговорить с врачом… Разве я не об этом просил тебя, Рания?

    --Она не захотела, чтобы я шла вместе с ней…,-- ответила Рания обиженным голосом.

    -- Я сам поговорю с врачом. И с Зулейкой. -- сдерживая раздражение, закончил он.

    Саид нашёл глазами Хадижу и кивком подозвал её к себе. Искренне улыбаясь, он нежно обнял дочь и спросил:

    --Как твои дела? Ты была у тёти Латифы?

    --Нет, папа, Рания никуда меня не отпускала, ни к тёте Латифе, ни к маме…Она всегда находила причину, чтобы мне отказать. Представляешь, она сказала, что это ты ей так приказал. Ты же разрешил мне видеться с мамой в любое время, когда я только захочу!

    Саид бросил быстрый взгляд на Ранию. Да, действительно, он не хотел, чтобы Хадижа встречалась с Жади, пока он отсутствовал в Рио. У него были причины, чтобы не желать этого. Рания поступила правильно, но вот в дом Мухаммеда Хадижа могла бы съездить вместе с Ранией. Хадижа перехватила взгляд отца и поняла, что Рания не солгала. Ей стало обидно.