Небольшой кусок перевода из книги Дэвида Старки Six Wives The Queens of Henry...

Небольшой кусок перевода из книги Дэвида Старки "Six Wives: The Queens of Henry VIII". Из главы о Джейн Сеймур.

Как женщина вроде Джейн Сеймур стала королевой Англии – загадка. В тюдоровское время она пришла ниоткуда и была ничем.

Шапуи приподнимал завесу над тайной в своем послании от 18 мая 1536 г., адресованном, скорее, премьер-министру императора Карла V Антуану Перрено, чем самому императору. Свободный от условностей этикета, принятых в письмах к суверену, посол выражался напрямую: «Она сестра Эдварда Сеймура, который служит Его Величеству, в то время как сама она прежде служила истинной королеве (Екатерине). Что касается ее внешности, она в прямом смысле этого слова бесцветна. Она среднего роста, и никто не считает ее красивой. Цвет ее лица настолько светлый, что ее можно назвать скорее бледной».

Это лаконичный словесный портрет женщины, чьи мышиные, острые черты лица представлены Гольбейном с характерной, беспощадной честностью.

Так много видел Шапуи. Но когда он в мыслях обратился к ее моральному облику, он дал своему воображению полную свободу. «Вообразите себе, - писал он Перрено, как мужчина мужчине, - что, будучи англичанкой и долгое время находясь при дворе, она не считает за грех быть нетронутой девственницей (virgo intactа)». «Она женщина небольшого ума, - продолжает Шапуи, - но у нее может быть (и здесь он становится откровенно вульгарным) превосходная enigm». Это французское слово означает «загадка», «тайна» или «секрет», в смысле «секретное место», т.е., женская гениталия. «Говорят, - заканчивает Шапуи, - она питает большую доброжелательность и уважение к Марии».

Как это могло быть – что женщина неродовитая, некрасивая, не обладающая никакими талантами и, возможно, с невысокой репутацией (хотя нет нужды принимать на веру все злословие Шапуи) смогла привлечь мужчину, женатого до этого на двух таких экстраординарных женщинах, как Екатерина и Анна?

Но, возможно, в заурядности Джейн и была суть. Анна была возбуждающей как любовница. Но она была слишком требовательной, живой и темпераментной для того, чтобы быть хорошей женой. Словно Евангелие, которому она покровительствовала, она, казалось, «пришла не с миром, а с мечом, и создала «врагов мужчины в его собственном доме» (Матфей, 10.34–6). Генрих устал от сцен и ссор, от разрывов с его близкими, а также самыми старыми и самыми близкими друзьями. Он хотел вернуть семью и друзей назад. Он хотел мира в душе и спокойной жизни. Так же он требовал подчинения. С возрастом и усилением Супрематии он сделался еще нетерпимее к противоречиям и разногласию. Только повиновение, быстрое, абсолютное и безоговорочное – вот чего ему не хватало.

И ничего этого у него не было с Анной.

С другой стороны, Джейн воплощала в себе все, чего не было у Анны. Она была само спокойствие, тихая, с мягким голосом (когда вообще говорила) и глубоко покорная, по крайней мере, Генриху. Короче говоря, после скандального вызова Анны, Джейн была идеалом женщины 16 века (или по крайней мере она была таковой для мужчины 16 века).

И разницу замечал не только Генрих. Сэр Джон Рассел был одним из многих, кто почувствовал на себе остроту языка Анны. Теперь он радовался ее преемнице: действительно, его радость, кажется, застила ему глаза. «Я действительно уверяю вас, милорд, - писал он своему другу лорду Лайлу, - она самая милая леди, какую я когда-либо знал, и столь же прекрасна, как и другие королевы христианского мира». «Король, - воодушевленно продолжал он, - попал из ада в рай, для блаженства в этом браке, из мерзости и несчастий прошлого».

Он советовал Лайлу написать Генриху поздравления

В общем, все – Генрих, Джейн и весь двор – были счастливы.

4 комментар.
  • Что забавно, викторианские издатели "Letters and Papers, Henry VIII", поместив это письмо Шапуи с пресловутой enigm, перевели ее как "good understanding". "The said Semel is not a woman of great wit, but she may have good understanding (un bel enigm, qu. engin?)". Получилось примерно так: она не великого ума, но весьма рассудительна. Кто неправильно интерпретировал: Старки или Гарднер?

  • indorse@@@, конечно, Старки перевел правильно, ведь не могли же викторианцы, эти пуритане, упоминать женский "энигм" :)) Да даже и по логике верно это рассуждение Шапуи - если не красавица, не умница - тогда, значит, в постели хороша.

  • 36southward70, а другие места этого письма, о том, что она может быть недобродетельна, и вовсе оставили без перевода.

  • indorse@@@, вполне в викторианском духе :)