Сэр Джон Дэвис Sir John Davies 16. 04. 1569 Тизбери Уилтшир Англия 8. 12

Сэр Джон Дэвис [Sir John Davies; 16.04.1569, Тизбери, Уилтшир, Англия — 8.12.1626, Лондон] — английский поэт, юрист, государственный деятель.

Об отце Джона Дэвиса — Джоне-старшем(или, по другим версиям, Эдварде) — известно мало. По одной версии, впервые высказанной мемуаристом и антикваромЭнтони Вудом в конце XVII в., он был богатым кожевенником, по другой, более вероятной — юристом. Тизбери находится недалеко от крупнейшего города графства Уилтшир — Солсбери. Из документов Миддл-Темпла известно только, что отец поэта был «джентльменом».

Дэвис учился в старейшей public school Англии — Уинчестер-колледже, а затем в оксфордском Куинз-колледже, который, вероятно, не окончил. В феврале 1588 г. он поступил в Миддл-Темпл — один из Судебных Иннов. Судебные Инны в 1580-е гг. вступали в свой золотой период, не только как место получения профессионального образования для юристов-практиков, но и как центр притяжения для «золотой молодежи», среда, в которой создавалась особая «авангардная» культура. Дэвис стал одним из первых авторов, выращенных в этой среде.

За семь лет в Миддл-Темпл Дэвис стал «культовой фигурой» среди студентов Судебных Иннов, не столько благодаря поэзии, сколько из-за своих многочисленных нарушений дисциплины. Вместе со своим другом Ричардом Мартином (в будущем — участником «клуба» поэтов, собиравшихся в тавернах «Митра» и «Русалка» в 1591 г.) он был исключен из Миддл-Темпла. В 1598 г. Дэвис был вторично, уже после получения права на практику в суде, исключен из профессионального сообщества юристов Миддл-Темпл (на сей раз за нападение на самого Мартина) и восстановлен только через три года после публичных извинений и заступничества государственного секретаря сэра Роберта Сесила и Лорда-канцлера сэра Томаса Эджертона.

Практически все литературное наследие Дэвиса относится к периоду обучения в Судебных Иннах. Вероятно, самый ранний текст, принадлежащий Дэвису — «Эпиграммы и элегии» (Epigrammes and Elegies by J. D. and C. M.; изданы в 1598 г., но написаны, вероятно, в самом начале 1590-х гг.). С. M. — не кто иной, как Кристофер Марло, чьи переводы элегий Овидия в книге идут сразу после дэвисовских эпиграмм. Отношения между Дэвисом и Марло — двумя лондонскими bêtes noirs своего времени — неясны.

Главная мишень его эпиграмм — «дурак», «лох» “Gull” для Дэвиса — «новый термин» (“new Terme”), и объяснению его он посвящает отдельную эпиграмму: это дурак, притворяющийся умником (“A Gull is hee which seemeth and is not wise”). К тому же времени и тому же кругу Миддл-Темпл относятся «Дурачащие сонеты» (Gullinge Sonnets) — пародийный ответ Дэвиса на «сонетную эпидемию» 1590-х гг., в которых он предвосхищает антипетраркизм Дж. Донна и других поэтов Судебных Иннов. «Сонеты» не были напечатаны при жизни Дэвиса, но расходились в рукописях. Настоящую популярность Дэвису, однако, принесли не эпиграммы, а две философские поэмы, написанные и опубликованные в том же десятилетии — «Orchestra» и «Nosce teipsum». «Orchestra, или Поэма о танце» (Orchestra, or a Poeme of Dauncing, 1596) — первое опубликованное произведение Дэвиса — написана «королевской строфой» (ababbcc), посвящена Ричарду Мартину и написана, как утверждается в посвящении, за пятнадцать дней. Начиная от творения мира, Дэвис полусерьезно, полушутя повествует о том, как танец от богов перешел к людям, как с помощью танца были созданы государства и религии, завоевавшие сердца как танец научил людей войнам и искусствам. Наконец, танец научил человечество поэзии, причем поэзии изменчивой и пластичной, которая не может без «странных фантазий» (“Inventions strange”).Такую поэзию «ласточки», олицетворением которой для Дэвиса является «Астрофил и Стелла» Ф. Сидни, он предпочитает поэзии «соловья».

В биографии Дэвиса 1590-х гг. есть много туманных пятен. В 1592 г. Дэвис и Мартин отправляются в Лейден, чтобы встретиться с ученым-юристом Паулем Мерулой, а возможно — и для какой-то секретной миссии. В 1594 г., по легенде, Дэвис получает тайную аудиенцию у королевы, которая просит его (!) продолжить занятия правом. Наконец, после стычки с Мартином в 1598 г. Дэвис прямо от ступеней Темпла бежит на лодке в Оксфорд, где больше года тайно живет в Нью-колледже, где, как и предполагают, написана вторая и самая известная его поэма — «Nosce teipsum: Оракул, объясненный в двух элегиях» (Nosce teipsum. The Oracle Expounded in Two Elegies; опубл. в 1599 г. с посвящением королеве). Первая элегия — «О человеческом знании» — достаточно коротка и открывается риторическим вопросом: зачем родители послали автора учиться (“Why did my parents send me to the schools”), если жажда знания (“desire to know”) — одна из тех сил, что делают человека дураком, начиная с самого грехопадения.

Вторая элегия — «О бессмертной душе» — чрезвычайно понравилась Якову I . Как бы то ни было, со сменой династии карьера Дэвиса резко пошла вверх. Через полгода после прибытия в Лондон новый король назначает его генеральным стряпчим Ирландии (Solicitor General), т. е. юридическим советником генерального прокурора при королевской администрации в только что умиротворенной Ирландии. По прибытии в Дублин Дэвис немедленно был произведен в рыцари. Начав карьеру юриста, он оставил стихотворчество (или уничтожил тексты впоследствии). В Ирландии сэр Джон Дэвис показал себя сторонником одновременно и колониальной политики, и относительно демократических и независимых судов. Инспектируя суды, Дэвис объездил весь остров, постоянно посылая отчеты в Лондон. Его работу сочли успешной: в 1606 г. он стал генеральным прокурором Ирландии и ему было поручена разработка земельной реформы. Реформа Дэвиса подразумевала полный переход Ирландии на английскую систему права собственности, с ликвидацией общинного и кланового землевладения. Земельная реформа включала и религиозную: католическая церковь лишалась последних земель в Ирландии, католические священники изгонялись, внедрялся английский вариант системы приходов. Дэвис во главе выездных судебных сессий побывал в каждом графстве Ирландии, объясняя местным властям, что жесткость реформы по отношению к католикам должна компенсироваться ощущением, что закон хоть отчасти, но защищает их. К самим ирландцам Дэвис, как и большинство его коллег по колониальной администрации, сочувствия почти не испытывал, сравнивая их в одном письме к Сесилу с тенями мертвых, сбежавшимися посмотреть на живого Энея в Аиде. Его рецепт умиротворения Ирландии — быстрая война силами большой армии, а потом внедрение жесткого правового порядка, который не даст поводов к новым восстаниям.

В 1613 г. Дэвис достиг вершины своей ирландской карьеры, став спикером Дублинского парламента, где он защищал интересы протестантского большинства (получившимся благодаря его земельной реформе) в споре с богатыми землевладельцами-католиками. С помощью административных мер Дэвис удалил из парламента почти всех лидеров католической партии.

Череду удач Дэвиса в Ирландии нарушила только женитьба на Элеанор, дочери барона Одли. Страдавшая нервным расстройством (которое не могло не усугубиться в браке со вспыльчивым Дэвисом) Элеанор постоянно носила траур и выражала свое разочарование в семейной жизни в религиозных трактатах. Оба их сына родились с отклонениями в развитии, выжила только дочь — будущая поэтесса Люси, в браке графиня Хантингдон.

В 1619 г. Дэвис попросил короля об отставке и прожил несколько лет в своем поместье Энглфилд-хаус, очевидно, недовольный обстановкой при дворе. После смерти Якова I он сделал еще одну попытку получить новую должность, добившись аудиенции у нового короля Карла, который предложил ему занять должность председателя суда Королевской Скамьи — Лорда-Верховного Судьи. Уже столкнувшись с упорным противодействием Палаты общин, Карл, несомненно, хотел видеть Дэвиса во главе суда. Однако амбициозным мечтам не суждено было сбыться — 8 декабря 1626 г. Дэвис скоропостижно скончался от инсульта после званого обеда у Лорда-хранителя печати Томаса Ковентри.

Недооцененный как поэт, сэр Джон Дэвис в XX веке заслужил (устами Т. С. Элиота) сравнение с Данте: «Nosce teipsum» Элиот сравнил с «Чистилищем». Хотя по глубине и тонкости философии Данте оставляет Дэвиса далеко позади, между обеими поэмами есть странное сходство в понимании человеческой души. Истинное место Дэвиса, полагает Элиот — между стоиками-сенекианцами (такими, как Фулк Гревилл) и метафизиками, но ни в одной из этих групп. Если говорить о том, на что критики-модернисты традиционно обращали мало внимания, сэр Джон Дэвис стоял у истоков «авангардной» культуры Судебных Иннов, способствовал популярности эпиграмм и философских поэм; наконец, вместе с Уильямом Кэмденом, сэром Робертом Коттоном и другими энтузиастами, он создал в Англии Общество Антикваров. В стихах и прозе он оправдывает прозвище, данное ему во второй части анонимной пьесы «Возвращение с Парнаса»: «острый Джон Дэвис» (“acute John Davies”).

Что есть душа?

Душа есть дух и сущность - вещество.

Её и тело Бог соединил,

И создал Человека, от кого

Суть и названье каждый получил.

Дух управляет телом, чтобы в нём

Являться жизнью, как велел Господь, -

Движеньем, чувством, волей и умом, -

Всегда живым, хотя и смертна плоть.

Дурашливый сонет № 6

Святая Муза сделала божком

Амура, но нагим, без одеянья.

Его одену я своим пером,

И эту моду встретит ликованье.

Надежда - шляпа, лента - прелесть в нём,

Плащ - это хитрость, а камзол- желанье,

Печалью пояс завяжу узлом,

Спесь - наконечник, щёлки глаз - терзанье.

Тщеславье - гульфик, ненависть - штаны,

Чулки - суровый спор, рубашка - стыд,

Подвязки из беспутства сплетены,

А панталоны- страсти пылкий вид,

Нахальством - туфли бальные полны,

Носки - безмерной прелестью нежны.

(пер. А. Лукьянова)

0 комментар.